+7 (495) 226-95-57
E-mail: limbt@list.ru
Лаборатория инновационных биомедицинских технологий 
  English О нас | Онкология | Перспективные исследования | Патенты | Контакты  
Рак лёгких | Меланома | Стволовые клетки и рак | Офтальмология | Инсульт  

 Главная
 Лечение рака
 Биология опухолей
 Альтернативное лечение рака
 Ишемия нижних конечностей
 Крионика
 Лечение инсульта
 Лечение облысения
 Стволовые клетки
 Технологии
 Исследования
 Лечение детских травм
 Контакты
 *** Cancer treatment

 Руководитель Лаборатории Ковалёв А.В.

 • Наши комментарии

 

  

НАШИ КОММЕНТАРИИ

Наша лаборатория занимается научно-исследовательской деятельностью в области биомедицины, преимущественно в сферах регенеративной медицины и биотерапии опухолей. Это область сравнительно новых знаний, незнакомая и непонятная не только обывателю, но и большинству практикующих врачей — даже тех, кто считает себя учёными и экспертами во всех вопросах.

Мы не пишем отзывов сами о себе и не просим кого-либо сделать это в наших интересах. Однако в Интернете периодически появляются какие-то нелепые комментарии-предположения о работе лаборатории. иногда Иногда они носят оскорбительный характер; иногда кто-то ворует материалы сайта, выдавая их за свои, кто-то переиначивает информацию о лаборатории и т. д. Мы решили дать собственные разъяснения на страницах нашего сайта, в противовес тому безобразию, которое иной раз всплывает в Сети.

Так, на одном из интернет-форумов некий С.С. Гордеев решил высказать свое мнение о нашей лаборатории и о противораковых вакцинах. Допускаю, что первое возникающее у читателя впечатление будет положительным: вроде всё написано правильно. Однако так ли это на самом деле? Давайте подробно проанализируем нижерасположенный текст, выделенный красным цветом.

Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, ……..: что вы знаете о Центре инновационных биомедицинских технологий? 

Спасибо.
________________________________________
Re: иммуноэмбриотерапия

Дата: 11.05.09 09:24

Гордеев
Ответил:   Гордеев Сергей Сергеевич


«Центр инновационных медицинских технологий»  — псевдомедицинская организация, которая, апеллируя умными словами и научными терминами, просто-напросто обирает пациентов, которым требуется серьёзное и продуманное лечение. 

По этой же причине иммуноэмбриотерапию рака проводить крайне не рекомендую. Чтобы не быть голословным, приведу несколько цитат с сайта того самого «Центра», относящихся к иммуноэмбриотерапии.

1. «Если организм и иммунная система онкологического больного еще не повреждены методами лучевой и химиотерапии, то наблюдается выраженный ответ — индуцированная регрессия (исчезновение) злокачественной опухоли».  Это не что иное, как открытое отговаривание пациентов от обращения за профессиональной врачебной помощью. Такого не позволяют себе даже продавцы самых дешёвых БАДов! Кроме того, данное высказывание показывает полное непонимание авторов механизмов действия лучевой и химиотерапии. Оба метода могут приводить к временному снижению иммунитета, но никак не к изменению характера его реакций.

2. «Наиболее приближён по эффективности к экстрактам Говалло препарат VG-1000, который позиционируется как мощный иммуномодулятор, выпускается биотехнологической компанией Biologics International под руководством доктора Wilhelmus van Ewijk и рекомендуется в качестве препарата первой линии для лечения рака у онкологических пациентов с недавно диагностированным раком, а также для предотвращения рецидивирования рака». Откровенная ложь! Вакцина VG-1000  — это и есть препарат товарища Говалло, про который написано несколько англоязычных страниц. Естественно, никаких клинических испытаний это вещество не проходило,  и для лечения, особенно первой линии, не рекомендуется, и даже не может быть рекомендовано. Регистрация препарата  — долгий процесс, требующий проведения трёх фаз клинических испытаний. Ни одной публикации в профессиональной медицинской литературе о нём нет.

3. «В ходе этих исследований оказалось, что стволовые клетки плода и раковые клетки содержат молекулы вещества, которому ученые присвоили кодовое обозначение 5Т4». 5T4 — известный опухолевый антиген. Против него разработана вакцина, которая пока находится на стадии клинических испытаний и не показывает ошеломляющих результатов. Опухолевых антигенов тысячи, и против многих из них разработаны вакцины. 

Вакцинотерапия  — перспективное направление в развитии онкологии. Однако до сих пор НИ ОДНА вакцина не показала выраженного клинического эффекта. Все остальные абзацы про исследования эмбрионов и открытие в лице 5T4 ведущего фактора развития онкологических заболеваний  — не более чем плод буйной фантазии авторов, очень сильно желающих продать свой препарат.

Чудо-средства, излечивающего все болезни, к сожалению, нет. Но есть очень много людей, пытающихся нажиться на чужом горе. Рекомендую обратиться с вашей проблемой к квалифицированному специалисту-онкологу. Сегодня существует множество методик, позволяющих лечить онкологические заболевания даже на запущенных стадиях.

С уважением, Гордеев С.С.

Re: иммуноэмбриотерапия

Дата: 11.05.09 09:24
Ответил: Анна
Спасибо Вам! 
________________________________________

Во-первых, Лаборатория  — научно-исследовательская организация, которая, как юридическое лицо не оказывает медицинские услуги и, соответственно, обирать пациентов не может. Однако Лаборатория объединяет сертифицированных специалистов с высшим медицинским образованием, научными степенями, работающих над решением фундаментальных проблем медицины. Это работа над или с системой специальных знаний  — безусловно медицина, и нет никаких разумных оснований использовать словообразовательную единицу «псевдо». 

Теперь по поводу словосочетания «апеллируя умными словами». Это речевая ошибка, причина которой — неправильное понимание смыла слов и глагольного управления. А «умные слова» — это классический пример просторечия, свойственного малообразованным носителям языка, явно отклоняющийся от существующих литературных языковых норм, что отнюдь не свидтельствует в пользу автора. В целом нельзя согласиться с тоном комментария, нельзя бездумно и безосновательно оскорблять ученых, имеющих или имевших определенный вес в науке, лишь на том основании, что автор оскорблений попросту безграмотен, и сам этого не понимает. Это низкий уровень культуры, какая-то шариковщина.

Во-вторых, несомненно, все заболевшие люди, а тем более онкологические пациенты, требуют серьёзного, ответственного и продуманного лечения.

У меня просто не укладывается в голове, как можно предположить, чтобы дипломированные специалисты — врачи-онкологи с высшим медицинским образованием, научными степенями и опытом работы в ведущих лечебных учреждениях страны «отговаривали пациентов от обращения за профессиональной врачебной помощью». Это совершенно нелепый домысел!

Надо подчеркнуть, что перед современным здравоохранением в области онкологии стоят серьезные и всё ещё не решенные проблемы. Это в первую очередь недостаточная эффективность выявления злокачественных новообразований на ранней стадии и отсутствие эффективных способов лечения злокачественных опухолей на поздних стадиях. Отсюда следует, что специализированная противоопухолевая помощь иногда вообще не может быть оказана ввиду наличия медицинских противопоказаний к ее проведению: слишком поздно, опухоль распространилась по всему организму, пациент в возрасте, сильно ослаблен и т. д. Есть много разных медицинских причин и ситуаций.

Нередко заболевание находится на той стадии, когда спасти человека, применив все доступные силы и средства в борьбе с прогрессией опухоли, уже невозможно. Пациент ещё полон сил, его ничто существенно не беспокоит, однако он уже обречён. Сошлюсь на признанного авторитета — члена-корреспондента РАН, главного уролога Министерства здравоохранения РФ, профессора Д.Ю. Пушкаря. Говоря о самом распространенном мужском раке — раке предстательной железы, — он утверждает: « ...когда опухоль вышла за пределы простаты, избавить больного от рака, к сожалению, невозможно. Дальнейшее его здоровье  и продолжительность жизни — в каждом случае вопрос индивидуальный». Разумеется, это, что этот смысл распространяется и на другие опухоли, наиболее часто уносящие жизни людей.

Собственно говоря, в этом направлении — как сохранить жизнь людям в таких ситуациях — наш коллектив и работает.

Важно подчеркнуть: что-то оценивать и тем более рекомендовать имеет моральное право только образованный человек, причём данное право имеет как юридическую сторону (для этого нужно иметь допуск-разрешение (сертификат специалиста) на осуществление лечебной деятельности), так и с этическую (если человек абсолютно безграмотен, то он кого-то вводит своими речами в заблуждение, а кого-то, ввиду низкого культурного уровня, оговаривает, или, если называть все всё своими именами, занимается клеветой, что само по себе наказуемо).

Всем пациентам со злокачественными опухолями, которых мы наблюдаем, действительно оказывается самая современная и осмысленная специализированная комплексная онкологическая помощь, обеспечивающая приемлемое качество жизни в процессе лечения.

Теперь — по существу. Последовательно сделаю разъяснения.

С.С. Гордеев обвинил Лабораторию в том, что якобы имеет место «полное непонимание авторов механизмов действия лучевой и химиотерапии». Я мог бы прочесть курс лекций, в котором подробно объяснил бы, каким образом и какие именно биологические эффекты стоят за этими «механизмами действия», что такое радиорезистентность и лекарственная устойчивость опухолей, и почему яды и ионизирующее излучение сами по себе не позволяют ни сейчас, ни никогда-либо в будущем решить проблему рака в целом.

С.С. Гордеев полагает: «Оба метода могут приводить к временно-му снижению иммунитета, но никак не к изменению характера его реакций». Это серьезная ошибка: и химиопрепараты, и лучевое воздействие, не просто снижают, а могут существенно изменить характер (свойства и качества) иммунных реакций, инициировать развитие таких тяжелых иммунопатологических процессов, как, например, иммунодефицит (иммунологическая недостаточность, есть даже специальный термины  ятрогенный иммунодефицит, который может быть радиогенным или лекарственным) и (или) аллергические реакции (состояние усиленной реактивности иммунной системы). Уточню, что иммунопатологический процесс — это плохо (совокупность реакций иммунной системы, защитный эффект которых отсутствует или резко снижен), а вот патофизиологический эффект (нарушение нормального течения жизненных процессов) преобладает.

Такие иммунопатологические процессы сами по себе могут тянуться долго и заканчиваться очень печально.

Отдельно следует отметить, что агрессивная химиотерапия и лучевая терапия, как известно, являются факторами, способствующими в том числе и возникновению сепсиса у онкологических больных. Сепсис сегодня определен как угрожающая жизни дисфункция органов, вызванная дисрегуляцией реакций организма на инфекцию. Реакция же организма на инфекцию включает, с одной стороны, иммунные механизмы, направленные на уничтожение возбудителя, а с другой — воспалительную реакцию, часто служащую для его отграничения. То есть мы можем говорить и о возможном наступлении тяжелой дисрегуляции иммунных механизмов защиты у онкопациентов на фоне лечения.

Теперь про о зарубежном «клоне» — вакцине VG-1000 — и о заявлении Гордеева, что «это просто откровенная ложь», а «вакцина VG-1000 — это и есть препарат Говалло». Зная особенности производства вакцины VG-1000 и вакцины Говалло, могу сказать точно, что это вовсе не «препарат Говалло», хотя VG — есть аббревиатура инициалов Говалло на английском, и производители вакцины на него ссылаются. На сайте лаборатории мы цитировали материалы The Cancer Cure Foundation. Лично я не считаю мысли команды Уильяма ван Ивейка руководством к действию, и VG-1000 — это продукт коммерческого проекта. Тем не менее, несмотря на то, что полноценные клинические исследования VG-1000, насколько мне известно, не проводились, у ван Ивейка может быть собственное мнение о противораковой активности смеси веществ природного происхождения из плаценты. Данная информация, на мой взгляд, представляет определенный интерес и достойна упоминания, учитывая большое количество произведенных и использованных в течение многих лет по всему миру доз VG-1000, и не более того. Аналог вакцины Говалло выпускала и американская компания Center for Empirical Medicine. Сам Говалло производство VG-1000 считал пиратством и подчеркивал, что люди, укравшие его изобретение, не сумели скопировать его точно.

Я, конечно же, допускаю, что студенты или рядовые врачи-онкологи, могут и не знать, кто такой Валентин Иванович Говалло, которого без уважения к возрасту и заслугам молодой человек панибратски назвал «товарищем». Это был действительно яркий, выдающийся профессор-иммунолог, самый молодой доктор медицинских наук в СССР, внесший существенный вклад в иммунобиологию опухолей. Тема его докторской диссертации — «Иммунитет при пересадке органов и тканей: гуморальные показатели, методы преодоления». Работал старшим научным сотрудником в знаменитой Лаборатории по пересадке органов и тканей АМН СССР (руководитель — академик АМН СССР, профессор В.В. Кованов), заведовал Лабораторией клинической иммунологии Центрального института травматологии и ортопедии им. Н.Н. Приорова МЗ СССР, одно время был заместителем директора этого института по научной работе; в ЦИТО пересаживали донорские кости, и иммунолог был нужен.

Говалло в числе первых столкнулся с проблемой резкого увеличения часто-ты возникновения злокачественных опухолей после пересадки чужеродных органов. Основную причину учащения случаев рака связали со снижением защитных сил организма иммунодепрессантами, необходимыми для предотвращения отторжения трансплантатов. Как в таких случаях предотвратить возникновение опухолей и лечить рак у этих ослабленных пациентов? Вопрос необходимости поиска специальных воздействий на их иммунную систему для защиты от рака встал крайне остро. Валентин Иванович обратил внимание коллег на определенную аналогию реакций иммунной системы человека на беременность (развивающийся эмбрион или плод) и на растущую злокачественную опухоль. В то время активно обсуждался парадокс иммунитета при беременности. С позиций иммунологии плод представляет собой генетически чужеродную ткань, однако, в силу непонятных тогда причин, не отторгаемую организмом матери на протяжении всей беременности. Размышляя об иммунологических процессах при спонтанных абортах, Валентин Иванович пришёл к выводу, что такое неотторжение или своеобразная временная терпимость — процесс активный, требующий постоянной выработки и присутствия определенных минимальных количеств каких-то иммунотропных факторов. Говалло предположил, что «рак взял на вооружение самое главное завоевание биологического вида — способность воспроизводить себе подобное. Если стволовая (первичная) раковая клетка приобретает способность защищаться от иммунитета хозяина, она сохранится и даст потомство, превращаясь в опухоль, которая злокачественна потому, что растёт независимо от влияния организма. Если её самозащита будет нейтрализована, произойдет обратное развитие рака». То есть, согласно предположению В.И. Говалло, клетки трофобласта и плаценты производят факторы, подавляющие иммунную систему беременных женщин, аналогично клеткам злокачественных опухолей, подавляющим этими же факторами защиту иммунной системы раковых больных. Иными словами, злокачественная опухоль для уклонения от системы иммунной защиты человека использует заложенные в геноме программы и наборы белков, позволяющие эмбриону или плоду преодолевать иммунитет матери при нормальной беременности. А человеку как биологическому виду — размножаться, то есть существовать. Эта идея оказалась крайне плодотворной для иммунотерапии опухолей.

Написал В.И. Говалло, конечно же, не несколько страниц, а около 290 статей и два десятка книг по иммунологии, в том числе «Иммунологию опухолей»; что-то было издано за рубежом. А упомянутые страницы на английском языке — это информация о вакцине Говалло из базы данных по альтернативной медицине Онкологического центра им. М.Д. Андерсона (MD Anderson Cancer Center) Техасского университета. Владеть иностранными языками полезно.

Следует упомянуть, что многое о биотерапии опухолей было им опубликовано,  (например: Говалло В.И., Дубровский А.В. Длительное наблюдение больных раком легкого с метастазами после операции и иммунологического лечения // Вопросы онкологии. 1981. — Т. 27. — № 6.  — С. 69–73, и др.). В 1993 году В.И. Говалло издал в США монографию «Иммунология беременности и рак» (The Immunology of Pregnancy and Cancer, Nova Science Publishers, Commack, New York, ISBN 1-56072-096-4), в которой он обобщил результаты клинических исследований противораковой вакцины. Эта книга инициировала целую цепочку неафишируемых научных исследований за рубежом, обзор которых я делал ранее. Упомяну только исследования ученых Медицинского центра Бет-Изрейел Диконесс и Гарвардской медицинской школы, выделивших из человеческой плаценты ранее не известный белок, обладающий противораковыми свойствами, названный аррестеном (arresten). Если же не знать ничего, то можно поверить, что действительно «Ни ни одной публикации в профессиональной медицинской литературе про него нет».

Теперь по поводу фразы «Естественно, никаких клинических испытаний это вещество не проходило». Она неверна дважды: во-первых, вакцина Говалло — это вообще-то не вещество, а смесь (разница существенная); а во-вторых, клинические испытания вакцины Говалло проводились.

Что такое клинические исследования (испытания)? Это научное исследование эффективности, безопасности и переносимости медицинской продукции (в том числе лекарственных средств) при лечении людей. Клинические исследования могут быть инициированы только после того, как получены обнадеживающие результаты в ходе доклинических исследований (на биологических моделях и подопытных животных). Такие эксперименты на лабораторных мышах с перевиваемыми злокачественными опухолями были выполнены ранее представителями Харьковской школы патофизиологов (проф. Д.Е. Альперном и Р.Л. Ольшанецкой). Была написана монография «Материалы по лечению злокачественных опухолей экстрактами из плаценты и эмбриональных тканей», приведены доказательства, что препараты из плацентарных тканей задерживают рост и метастазирование опухолей, вызывая рассасывание опухолевых очагов.

В 1973 году на самом высоком уровне — на заседании Президиума Учёного совета Минздрава СССР — было принято Решение № 1307–500 «О стимуляции клеточного иммунитета как методе неспецифической терапии злокачественных новообразований», давшее разрешение на разработку и испытание новых способов иммунотерапии в клинике. В рамках этого решения клиническая апробация нового метода лечения распространенного рака, в том числе с применением терапевтической противораковой вакцины Говалло, проводилась на базе отделения иммунологии ЦИТО им. Н.Н. Приорова (в тот период в Институте лечили опухоли костно-суставной системы) при Лаборатории клинической иммунологии (руководитель — проф. В.И. Говалло) этого же Института. В.И. Говалло назвал свой метод лечения рака биотерапией, поскольку в качестве исходного материала использовалась плацента, и подготовил отчет об отдаленных клинических результатах лечения более 100 человек (у всех были отдаленные вторичные очаги злокачественных опухолей), причем период наблюдения, за этими больными после лечения составил более 20 лет. Данные убедительно свидетельствовали о высокой лечебной эффективности противораковой вакцины Говалло на основе плаценты. На тот момент для всех его пациентов вакцина была последней и единственной надеждой на жизнь. Так или иначе, применение способа лечения распространенных злокачественных опухолей по Говалло в ряде случаев действительно позволяло спасти людей, лечение которых онкологи считали бесперспективным.

Справедливости ради надо отметить: существенно раньше, чем Говалло, выявить противоопухолевый эффект экстрактов плаценты при введении в организм людей со злокачественными опухолями удалось Эмануэлю Ревичи (Emanuel Revici, M.D), впоследствии — директору частного Института прикладной биологии в Нью-Йорке (США). Он предложил свою версию действия экстракта, что легло в основу разработки его собственного способа лечения рака — «нетоксической биологически направляемой метаболической липидной химиотерапии».

Теперь поговорим об ошибочности категоричности утверждения, что «регистрация препарата — долгий процесс, требующих проведения трёх фаз клинических испытаний». Это далеко не всегда так. Регулирующие органы за рубежом максимально гибко содействуют скорейшему внедрению перспективных лекарственных средств, действуя при этом в интересах пациентов. Что совершенно не свойственно подобным ведомствам РФ. Например, в 2001 году все средства массовой информации облетела новость об одобрении в США (FDA Approval) Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (USFDA) нового лекарства Гливек® (Glivec, «Иматиниба мезилат») в рекордный срок — 3 месяца (на самом же деле от первого применения до одобрения прошло около двух лет). FDA — это специальное управление агентство Министерства здравоохранения и социальных служб США, которое отвечает за сохранение здоровья населения путём регулирования и надзора в области безопасности пищевых продуктов, табачных изделий, пищевых добавок, лекарств (как рецептурных, так и безрецептурных), вакцин, медицинских устройств и ветеринарных препаратов. Такая оперативность стала возможна благодаря принятию новых правил по ускоренной процедуре рассмотрения, позволяющих регистрировать препараты для лечения жизнеугрожающих состояний до получения окончательных данных, доказывающих их эффективность (!).

Многие лекарственные средства, давно используются в лечебной деятельности, однако они не прошли современных клинических исследований, и, соответственно, считается, что отсутствуют убедительные данные об эффективности этих препаратов по заявленным показаниям, как того требует доказательная медицина. Среди таких препаратов — анальгин, актовегин, валидол, валокордин, дибазол, корвалол, пироцетам и несколько сотен других всем известных наименований лекарств.

Относительно опухолевого эмбрионального антигена с кодовым названием 5Т4 (murine 5T4 oncofoetal antigen) надо сказать следующее. Во-первых, никто и не говорит о нём, как о главном и единственном «ведущем факторе развития онкологических заболеваний». Этот антиген не является ни причиной, ни движущей силой рака, да и быть ими не может по своей природе. А привлек он к себе внимание всего научного сообщества по совершенно другим причинам — из-за особенностей исчезать после внутриутробного периода развития человека и появляться во взрослом организме преимущественно только в случаях возникновения злокачественных опухолей (при патологии) или в плаценте (при нормальной беременности). При злокачественном процессе экспрессия этого онкофетального антигена отмечается более чем в 80% случаев карцином почки, предстательной железы, прямой кишки, молочной железы и яичников. В метастазах этих опухолей высокая экспрессия данного антигена 5T4 определяется практически всегда, что является неблагоприятным прогностическим знаком.

Несколько десятилетий назад была обнаружена способность опухолей печени, а позже и опухолей репродуктивной системы синтезировать транспортный белок альфа-фетопротеин, который, как считалось, синтезируется печенью и присутствует в крови человека только на внутриутробном этапе развития. Обнаружение такого феномена и, соответственно, появление важного онкомаркера, несомненно, внесли существенный вклад в биологию развития и природу опухолей, А. Абелев и Ю.С. Татаринов вошли в историю отечественной онкологии. Так вот, работы по антигену 5Т4 не менее значимы, чем исследования альфа-фетопротеина. Особенно сегодня в связи с тем, что этот антиген может быть доступной мишенью для таргетной противоопухолевой терапии, а его появление в опухолях является дополнительным подтверждением новейшей концепции о включении в клетки опухолей определенных генетических программ, которые предназначены для обеспечения ранних этапов индивидуального развития человека.

Онкофетальный антиген 5T4 является предметом исследования одного из выдающихся современных ученых, занимающихся онкоиммунологией — профессора Института исследований рака Университета Манчестера (Великобритания) Питера Стерна (Peter L Stern), автора более 250 статей, опубликованных в самых престижных зарубежных научных журналах. Едва ли этого заслуженно уважаемого учёного стоит обвинять в «буйной фантазии». Важно, что он антиген экспрессируется на поверхности клетки — это делает его доступным как для Т-клеточного иммунного ответа, так и для антител. Дан-ный препарат состоит из проксивирусной (Modified Vaccinia Ankara (MVA)) системы переноса генов, которая доставляет ген 5Т4 в организм больного и стимулирует иммунную реакцию организма против антигена 5Т4 опухолей. Эта иммунная реакция разрушает опухолевые клетки, несущие 5Т4. Установлено, что наличие антигена 5Т4 в опухоли свидетельствует о плохом прогнозе заболевания.

Ведутся клинические испытания вакцины OXB-301 (TroVax®), полученной на основе знаний об этом антигене. Вакцина испытывается не при одной, а при целом ряде солидных опухолей (мезотелиома, рак прямой кишки, неоперабельный метастатический рак толстого кишечника, рак яичников, рак предстательной железы и др.). Биотехнологические компании — шведская Active Biotech и английская «Оксфорд БиоМедика» («дочка» Оксфордского университета, имеющая более чем 20-летний опыт исследований в генной и клеточной терапии) — работают с вакциной. Это действительно очень дорого, поэтому процесс клинических испытаний шел при финансовом содействии одного из мировых фармгигантов Sanofi-Aventis (SNY).

Результаты 10 клинических испытаний при раке толстого кишечника, почек, простаты и т.д. показали, что OXB-301 (TroVax®) является безопасной, и её хорошо перенесли более 500 пациентов, участвующих в клинических испытаниях. OXB-301 можно вводить в сочетании с различными другими процедурами. И хотя С.С. Гордеев считает, что вакцина «не показывает ошеломляющих результатов», тем не менее, почти у 90% пациентов после применения OXB-301 (TroVax®) установлен иммунный ответ на 5T4 антиген опухолей; важно, что активируются как гуморальные, так и клеточные звенья иммунного ответа. Что, несомненно, может быть эффективно использовано в будущих медицинских технологиях для сочетанного лечения рака.

Вакцина получила поддержку организации Исследований рака Великобритании, Национального института рака США и экспертов Сети клинических испытаний Соединенного Королевства (QUASAR). Эксперты, мнения которых, наверное, все всё же достаточно компетентны.

Теперь — по поводу фразы: «Разных опухолевых антигенов тысячи, против многих из них разработаны вакцины». Да, опухолевых антигенов много, однако надо понимать, что они представлены двумя основными видами: опухолеспецифическими и опухолеассоциированными. Опухолеспецифические антигены являются уникальными молекулами для организма и не присутствуют ни в один из периодов развития, в том числе и в эмбриональный, на нормальных клетках организма. Полагают, что они являются результатом мутаций в геноме опухолевых клеток. Опухолеассоциированные белки (антигены), в свою очередь, не являются строго специфическими для опухолевых клеток, и, как правило, являются белками, которые синтезируются и представлены на нормальных клетках в эмбриональный период, или являются молекулами, которые обычно присутствуют на нормальных клетках, но в очень малых количествах, а при превращении нормальных клеток в раковые появляются в большом количестве и высокой плотности на поверхности их клеточных мембран. Активация эмбриональных генов или чрезмерная активация регуляторных генов в нормальных зрелых клетках, вероятно, является результатом тех изменений, которые происходят в геноме клеток при возникновении рака. Считается, что антигенный набор каждой опухоли уникален.

Поэтому нет никакого смысла разрабатывать «против многих из них» вакцины; более того, это утверждение не соответствует действительности  — всем известно, что тысяч вариантов разработанных противоопухолевых вакцин нет.

Далее вообще нелогично. Молодой человек почему-то решил, что «… до сих пор НИ ОДНА вакцина не показала выраженного клинического эффекта». Так зачем же тогда, по его же мнению, создавать вакцины в таком количестве? Это утверждение — серьезнейшая ошибка! После такого ответа на экзамене ставится оценка «неудовлетворительно», и студент с позором покидает аудиторию. Это свидетельство полного отсутствия основных представлений или базовых знаний в области онкологии.

Понятно, что речь идет о противораковых вакцинах. Поэтому необходим не-который экскурс в историю появления этих иммунобиологических препаратов в онкологии.

Сорок с лишним лет назад в США Альваро Моралес (Alvaro Morales) (ныне признанная всеми легенда урологии, почетный профессор одного из самых престижных университетов мира — Университета Куинс в Кингстоне (Канада) предложил способ применения живой вакцины БЦЖ (BCG vaccine) для профилактики и лечения поверхностного рака мочевого пузыря. После публикации результатов в 1976 году статья Моралеса была признана одной из наиболее важных научных работ по урологии, опубликованных за последние 100 лет на тот момент по проблеме лечения рака мочевого пузыря. Сегодня эту вакцину продолжают применять, в том числе для первичной терапии карциномы мочевого пузыря, а учёный создал новую, ещё более совершенную — стерильную вакцину для лечения рака мочевого пузыря Urocidin, с более широкими показаниями к применению.

Токийская фармацевтическая компания «Чугай» (Chugai Pharmaceutical Co.LTD, Япония) с более чем 90-летней историей производит вакцину ОК-432 (Пицибанил) — безопасный и эффективный препарат для лечения лимфангиом человека. Детский хирург Киотского университета Шухей Огита (Shuhei Ogita) в 1987 году придумал способ применения пицибанила для борьбы с лимфангиомами (OK-432 therapy). По данным Огита, полное избавление детей от таких опухолей без серьезных побочных эффектов достигается более, чем в 70% случаев применения вакцины. Вакцина также эффективна и для лечения развившихся из лимфангиом кистозных гигром. При этом следует уточнить, что в 2014 году на съезде Международного общества по изучению сосудистых мальформаций (ISSVA,) лимфатическую мальформацию (лимфангиомы и др.) отнесли к простым порокам развития сосудов. Но по сути, ОК-432 — результат продолжения исследований в Японии противораковой вакцины Коли. Изначально японцы пытались создать вакцину для лечения рака желудка на поздних стадиях, часто выявляемого там в те времена. Уильям Коли был руководителем отделения лечения сарком костей в первом американском госпитале, специализирующемся на лечении рака — Мемориальном онкологическом центре им. Слоуна-Кеттеринга, а также почётным членом Королевской Коллегии Хирургов в Англии. В конце позапрошлого века Коли создал первую эффективную терапевтическую противораковую вакцину, вошедшую в историю медицины под его именем. Сегодня У. Коли совершенно справедливо признан мировым научным сообществом отцом-основателем иммунотерапии злокачественных опухолей.

Национальный институт рака (NCI), который является главным учреждением федерального правительства США для исследований рака и профессиональной подготовки (часть национальных институтов здравоохранения (NIH)) дал определение противораковых вакцин, согласно которому противораковые вакцины принадлежат к классу веществ, известных как модификаторы биологической ре-акции. Модификаторы биологической реакции работают путем стимулирования или восстановления способности иммунной системы бороться с инфекциями и болезнями.

Теперь необходимо разъяснить подробнее, почему клинический эффект у противораковых вакцин есть; более того, эффективность их весьма высока. Американское онкологическое общество (The American Cancer Society) делит противораковые вакцины (Cancer vaccines) на разные группы, в том числе: на вакцины для предотвращения рака (Vaccines to help prevent cancer) и вакцины, помогающие лечить рак (Vaccines to help treat cancer).

В первом случае речь идёт о вакцинах в традиционном, микробиологическом понимании. Эти вакцины предназначены для здоровых людей, для их защиты от заражения вирусами, которые могут стать причиной некоторых видов рака (например, вирус папилломы человека вызывает рак шейки матки). Естественно, эти вакцины не нацелены непосредственно на раковые клетки. История создания этих вакцин крайне занимательна. Огромное количество научных работ, три Нобелевские премии (1966, 1975, 2008), четыре её лауреата (Пейтон Роус, Дэвид Балтимор, Ренато Дульбекко и Харальд Хаузен). Осмысление роли вирусов в возникновении рака шло непросто. Почти пятьдесят лет прошло с момента первой публикации Роуса об обнаружении вирусов, вызывающих злокачественные опухоли у кур, до получения им в 1966 году им Нобелевской премии «За открытие онкогенных вирусов». Харальд Хаузен тоже почти полвека ждал признания своего открытия (Нобелевская премия 2008 года «За открытие вирусов папилломы человека, вызывающих рак шейки матки»). Можно вспомнить и нашего профессора Л.А. Зильбера, выдвинувшего в 1944 году свою вирусную теорию происхождения опухолей: по его мнению не исключено, что в некоторых случаях вирус только инициирует патологический процесс, а дальнейший рост опухоли происходит уже без участия микроорганизмов. Мало кто помнит, но именно Зильбер обнаружил чрезвычайно важный факт: вирус куриной саркомы Рауса мог вызывать опухоли у животных других видов (обладать широким спектром межвидовой заразительности) и т.д. Все эти знаменательнейшие научные события, вехи развития онкологии почему-то прошли мимо С.С. Гордеева.

Приведу примеры противораковых вакцин. Ещё в 2006 году Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США разрешило первую профилактическую вакцину против вируса папилломы человека, продаваемую компанией «Мерк&Ко» под торговым названием «Гардасил®». Эту вакцину часто называют профилактической прививкой против рака шейки матки. Сегодня уже налажен выпуск девятивалентной вакцины «Гардасил®9», и используют ее шире, в том числе для профилактики рака пениса и ануса (у мужчин), рака вульвы, влагалища и ануса у женщин и т.д.

Первая вакцина против вируса гепатита В (HBV) стала доступной еще в 1981–1982 годах. А вот противораковой её стали называть лишь относительно недавно — с 2009 года, когда были опубликовали результаты 20-летнего наблюдения за здоровьем детей на Тайване, массово привитых HBV-вакциной; в группе привитых было показано снижение числа случаев возникновения гепатоцеллюлярного рака на 70%. Вакцина от гепатита В была признана первой вак-циной, защищающей от рака.

Теперь остановимся на другой группе — это вакцины, помогающие лечить рак (Vaccines to help treat cancer), или, как их ещё называют, терапевтические противораковые вакцины (therapeutic cancer vaccines). Их назначают людям, когда опухоль уже поразила, и используют для лечения именно поздних стадий заболевания и/или рецидивирующих опухолей, когда уже примененные основные онкологические методы лечения — хирургия, лучевая терапия и химиотерапия — исчерпали свои возможности, или опухоль изначально неудалима и невосприимчива к стандартной терапии. Важнейшая часть формулировки, раскрывающая суть того, что же такое терапевтическая противораковая вакцина: «при этом (применении вакцины) задействуется собственная иммунная система пациента, чтобы с её участием эффективно разрушать злокачественную опухоль».

Следует сказать, что еще в апреле 2008 года была одобрена к применению на территории России первая персонализированная терапевтическая противоопухолевая вакцина для лечения пациентов c неметастатическим почечно-клеточным раком (ПКР) промежуточной группы риска — Онкофаг® (HSPPC-96; витеспен). Этот адъювантный препарат, который изготавливается из собственной опухоли пациента, представляет собой комплекс белков теплового шока со всем спектром антигенов опухоли («антигенный отпечаток»), который стимулирует иммунную систему пациента распознавать и атаковать опухолевые клетки. Уникальность её действия — инициация противоопухолевого ответа, специфично направленного против опухолевых клеток самого пациента. Собственно говоря, стыдно онкологу об этом не знать! Тем более что во-первых, рак почки характеризуется высоким метастатическим потенциалом и практически не чувствителен к лучевой и химиотерапии, а во-вторых, значительное увеличение безрецидивной выживаемости при ее применении было подтверждено международным мультицентровым открытым рандомизированным исследованием III фазы. С 2011 года вакцина вообще выпускается на территории РФ российской компанией «НьюВак». Производитель утверждает, что в апреле 2009 года на Всемирном конгрессе вакцин (World Vaccine Congress) Oncophage был назван лучший терапевтической вакциной.

В апреле 2010 года FDA одобрило первую вакцину для лечения рака на территории США. Собственно говоря, положительные результаты клинических испытаний данной вакцины были опубликованы еще в 2005–2006 годах, и всем специалистам об этом было известно, тем более что компания Dendreon потратила почти 20 лет на её создание. Эта вакцина, Sipuleucel-T (Provenge®), предназначена для использования в качестве средства лечения последних стадий рака простаты. Лечение носит персонализированный характер: метод заключается в получении дендритных клеток пациента и последующей их активации in vitro опухолевым антигеном (белком, активно вырабатывающимся в злокачественных клетках рака простаты, — простатической кислой фосфатазой). Затем активированные клетки вводятся обратно в организм пациента, где начинают целенаправленную борьбу с опухолью, активируя против нее лимфоциты. В ходе клинических испытаний, Sipuleucel-Т повышает выживаемость у мужчин с определенным типом метастатического рака предстательной железы, не поддающегося лечению гормональными средствами, иногда на несколько лет.

Терапевтические противораковые вакцины являются одной из форм иммунотерапии. Чтобы было понятно, что такое современная биотерапия (иммунотерапия) злокачественных опухолей, я приведу пример истории болезни и нестандартного лечения американскими коллегами-онкологами 39-го президента США, лауреата Нобелевской премии мира Джеймса Эрла Картера.

В 2015 году у 91-летнего Картера обнаружили меланому, а это одна из самых опасных, чрезвычайно злокачественных опухолей. Сначала врачи нашли новообразование в печени, а спустя несколько месяцев обнаружили четыре небольших очага в головном мозге.

До недавнего времени в онкологии не было общепризнанной тактики лечения этой категории больных (на третьей клинической стадии (по Sylven и Clark) выявлены отдаленные метастазы), и их судьба последних почти всегда складывалась печально. Сам Картер написал: «Я думал, что мне осталось жить всего несколько недель», и он на тот момент не особо сильно ошибался.

Картеру выполнили циторедуктивную хирургическую операцию — удалили метастаз меланомы в печени, — и была проведена лучевая терапия очагов опухоли в головном мозге. Врачи применили щадящую модификацию радиотерапии, а именно — стереотаксическую лучевую терапию, которая позволяет уменьшить лучевую нагрузку на весь мозг, а основную энергию излучения передать преимущественно только тем его областям, где были обнаружены новообразования. Данный технический приём уменьшает побочные неблагоприятные эффекты биологического действия лучевой терапии на головной мозг. Однако все эти высокотехнологичные медицинские вмешательства, несмотря на их высокую стоимость, спасти человека от распространенной меланомы не могут в принципе. В лучшем случае достигаются паллиативный эффект и некоторое продление жизни. Однако судьбу Картера изменил новейший препарат пембролизумаб, который сегодня известен под коммерческим названием «Кейтруда» (Keytruda, Merck). Это продукт биотехнологического производства — рекомбинантное антитело (содержащее элементы иммуноглобулина человека). Благодаря своей «похожести» на человеческие иммуноглобулины он хорошо переносится пациентами. Так вот, «Кейтруда» — это антитела к антигену с необычным названием «рецептор программируемой клеточной смерти 1» (programmed cell death protein 1, PD-1). Данный рецептор находится на поверхности лимфоцитов человека (Т-клеток), на которые возлагается надежда, что они должны находить и уничтожать опухоли. Однако некоторые злокачественные опухоли сами начинают синтезировать очень большое количество PD-L1 и PD-L2 лигандов к этому рецептору, которые дают сигнал-указание Т-лимфоцитам «не беспокоить-ся», и опухоль становится менее заметной для иммунной системы. Надо сказать, что у здорового человека в норме клетки в небольшом количестве продуцируют эти лиганды. Для чего? PD-L1 на нормальных клетках предотвращают возмож-ность атаки на них собственной иммунной системы, и таким образом предотвра-щается развитие аутоиммунных заболеваний. PD-L1 синтезирует плацента — беременность протекает нормально, организм матери плод не отторгает. Всё очень просто.

А опухоль синтезирует этот лиганд (молекула, избирательно взаимодейст-вующая только с участком определенной структуры молекулы PD-1) в больших или даже можно сказать огромных количествах.

Итак, назначенный Картеру пембролизумаб — антитело, блокирующее рецептор PD-1 на поверхности его Т-клеток, и лимфоциты «перестают слышать» команду опухоли «стоп».

Это моноклональное антитело, которое блокирует взаимодействие между рецептором программируемой клеточной смерти 1 (programmed cell death protein 1, PD-1) на Т-клетках и его лигандами PD-L1 и PD-L2 на иммунных и опухолевых клетках что приводит к активации опосредованного Т-клетками иммунного ответа против опухолевых клеток. PD-L1 на нормальных клетках препятствует атакам на них иммунной системы и таким образом предотвращает развитие аутоиммунных заболеваний. Пембролизумаб убирает хитроумную маскировку раковых клеток, экспрессирующих PD-L1, и опять делает их видимыми для иммунной системы. Начинается атака на опухоль. По действующим факторам это биологическая терапия с участием иммунной системы — иммунотерапия. Препарат задействует или активирует собственную иммунную систему пациента, то есть, по сути это терапевтическая противораковая вакцина. Поскольку пембролизумаб блокирует рост раковых клеток с помощью вмешательства в механизм действия конкретных целевых молекул (PD-1), необходимых для канцерогенеза и роста опухоли это таргетный препарат. Обратите внимание: никто не стал назначать сначала или вообще химиотерапию. Больного в таком возрасте химиотерапия может просто убить, а ожидаемый от ядов положительный эффект в данной ситуации, даже если отбросить преклонный возраст, весьма сомнителен.

Гордеева очень взволновало, что средство иммунотерапии может быть использовано в качестве препарата первого выбора, с которого начинают лечение: «…особенно первой линии, не рекомендованоуется, и рекомендовано быть не может». Может, и рекомендуется, и я поподробнее объясню это, на примере Кейтруды.

Администрация по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA) одобрила пембролизумаб (Кейтруду) в качестве терапии первой линии рака легкого у пациентов, ранее не проходивших лечение. Почему начинают с вакцины? Пембролизумаб при данном виде рака превзошёл по лечебной эффективности химиотерапию. Совершенно очевидно, что совершенно не же-лательно при такой тактике, где основная роль отводится иммунной системе са-мого пациента, снижать ему предварительно иммунитет ионизирующими лучами или ядами. Это объясняет, почему Говалло абсолютно справедливо считал, что при определенных ситуациях распространенного роста злокачественных опухолей без применения лучевой и химиотерапии, наблюдается более выраженный ответ.

Кейтруда сегодня рекомендована при более широком спектре онкологических заболеваний: кроме распространенного немелкоклеточного рака легкого и меланомы её назначают при рецидивирующем или метастазирующем плоскоклеточном раке головы и шеи и некоторых других опухолях с высоким уровнем продукции лиганда PD-L1.

Возвращаемся к истории с Картером. После лечения у него нет признаков присутствия меланомы, однако никто из врачей не берется утверждать, что он полностью выздоровел. Для определения его состояния была выбрана следующая формулировка: «болезнь была успешно взята под контроль, если даже не полностью излечена».

Почему же нельзя говорить о полном излечении? Во-первых, для ускользания от иммунной системы злокачественные опухоли используют целый ряд других молекул, а соответственно, и иные механизмы маскировки и защиты. Я неоднократно обосновывал теоретическую несостоятельность идеи спасения от рака или саркомы одним веществом или молекулой — это, скорее всего, невозможно. Более того, недостатками таких монотерапевтических вакцин является то, что на такое лечение отвечает лишь часть пациентов, довольно много тяжелых и смертельно опасных побочных эффектов, а стоимость такой терапии сегодня очень высока (сотни тысяч долларов).

Кто-то может возразить, что это сегодня понятно, а в 2009 году никто даже не догадывался о подобных возможностях иммунотерапии. Однако это не так. Мы, так же, как и большинство учёных, следили за медицинскими достижениями Сюзанн Топалян (Suzanne Topalian), директора Онкологического центра Сидни Киммела при Университете Джона Хопкинса, которая с 2008 года проводила клинические исследования (тесты) действия пембролизумаба, а уже к 2009-му возможности эффективной иммунотерапии меланомы у человека с его помощью стали очевидны.

С.С. Гордеев считает, что «сейчас существует множество методик, позволяющих лечить онкологические заболевания даже на запущенных стадиях». Однако данное утверждение вступает в противоречие с очевидным и общеизвестным фактом: сегодня рак — уже вторая по частоте причина смертей в развитых странах, в том числе и в РФ. Хотел бы я посмотреть, как молодой человек расскажет об этом «множестве методик» родственникам умершего от рака онкопациента, которые прошли вместе с ним все круги онкологической помощи, безуспешно пытаясь спасти своего близкого человека.

Нельзя путать паллиативную помощь (а это временное средство, полумера — система мероприятий, направленных на поддержание у пациентов с неизлечимыми опухолями максимально достойного качества жизни при данном состоянии пациента) и создание условий для облегчения страданий (симптоматическое лечение не предусматривает достижения какого-либо противоопухолевого эффекта, а направлено лишь на устранение или ослабление тягостных для больного проявлений основного заболевания и его осложнений (или осложнений противоопухолевого лечения) — перевязка сосудов при кровотечении, трахеостомия и т.д.), со спасением онкопациентов — это принципиально разные вещи. Не только у нас, но и во всём мире распространена такая ситуация: обречённым онкологическим пациентам уменьшают страдания, с ними работают психологи, и они умирают чаще всего в хосписах, вне лечебных медицинских учреждений (чтобы не портить статистику или по причине крайней дороговизны медицинских пособий), на руках у родственников в состоянии ступора либо в мучениях.

И в заключение. Кто же всё-таки такой,  этот Сергей Сергеевич Гордеев? К моему удивлению, оказалось, что автор — выпускник наипрестижнейшего медицинского вуза РФ — факультета подготовки научно-педагогических кадров (ФПНПК) Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова (!). На момент появления этого комментария в Интернете (11.05.09 09:24) Гордеев осваивал премудрости онкологии в главном онкологическом центре страны — ГУ РОНЦ им. Н.Н. Блохина, в клинической ординатуре. С одной стороны, это значит, что квалифицированным специалистом-онкологом он не являлся и активно консультировать заочно пациентов на форумах права не имел. С другой стороны, чтобы попасть в РОНЦ на учебу, надо было как минимум предварительно сдать вступительный экзамен по онкологии, и уже на данном этапе иметь хоть какие-то знания. 

  Я испытал достаточно горькое чувство разочарования. Кого готовит наше элитное высшее образование? С таким качеством обучения в нашей стране может скоро случиться, что последовать совету молодого человека и «обратиться с Вашей вашей проблемой к квалифицированному специалисту-онкологу» будет не просто — придётся долго искать такого или, может быть, сразу бежать и спасаться за рубежом.

 


Главная | Биоискусственные органы | Регенеративная медицина | Меланома | Рак молочной железы | Рак легких | Контакты  

© 2008–2016, Лаборатория инновационных биомедицинских технологий
Приём пациентов проходит по адресу: Москва, Каширское шоссе, дом 12
Тел.: +7 (495) 226–95–57
© 2008–2016, Laboratory of Innovative Biomedical Technologies
Phone: +7 (495) 226-95-57
Электронная почта: limbt@list.ru
Яндекс.Метрика Индекс цитирования